Доктор исторических наук Зоря Леонидовна Серебрякова является дочерью Леонида Петровича Серебрякова (1890-1937), известного большевика, казненного Сталиным по фальшивому обвинению во время Московских процессов. Настоящая статья написана на основании доклада, с которым З. Серебрякова выступила на международной конференции, посвященной Л. Троцкому в октябре прошлого года в Москве.
Ныне ни у кого из серьезных историков не вызывает сомнений, что руководителями Октябрьской революции были В.И. Ленин, а также Л.Д. Троцкий. В первую годовщину победы даже Сталин признавал это. 6 ноября 1918 года он писал в Правде:
"Вся работа по практической организации восстания происходила под непосредственным руководством председателя Петроградского Совета Троцкого" (1).Далее в статье говорилось, что партия обязана прежде всего и главным образом т. Троцкому
"умелой постановкой работы военно-революционного комитета" (2).Ни о каких других органах восстания речь тогда не шла
Однако шесть лет спустя, в 1924 году, Сталин писал уже совершенно иное:
"Никакой особой роли ни в партии, ни в октябрьском восстании не играл и не мог играть т. Троцкий" (3).Чтобы как-то обосновать свое утверждение, Сталин пошел на прямой подлог " В 1994 году Н. Мушиц опубликовала фотокопию вписанного им в подлинник протокола заседания центрального Комитета РСДРП (б) 10 октября 1917 года (4). В присутствии своего личного секретаря И.П. Товстухи Сталин дописал к резолюции ЦК 10 октября 1917 года:
"Образовать для политического руководства восстанием бюро в составе Лен/ина/, Зин/овьева/, Кам/енева/, Тр/оцкого/, Стал/ина/, Сокольн/икова/ и Бубнова".Там же, в разных местах машинописного текста, рукою Сталина вписано несколько слов, за которыми следует приписка, разъясняющая, что они "пропущены в тексте по недосмотру", т.е. надо считать - основное дополнение ранее также отсутствовало по чьей-то небрежности.
Показательно, что в мифическое бюро Сталиным были включены Зиновьев, Каменев и Сокольников, выступавшие в 1924 году на стороне Сталина против Троцкого.
Подлог вряд ли удалось бы обнаружить, если бы в 1934 году Товстуха, в то время смертельно больной и уже не работавший в секретариате Сталина, но по-прежнему имевший доступ в партийный архив, не уточнил:
"Надписи от руки, сделанные на оригинале этого "документа" собственноручно тов. Сталиным" сделаны им не в 1917 году, а в 1924 году, во время литературной дискуссии с Троцким, при подготовке к печати книги На путях к Октябрю, - свидетелем чего лично мне пришлось быть" (5).
Что побудило И.П. Товстуху через 10 лет сделать подобное письменное признание - можно только гадать. Но какие бы мотивы ни двигали им, документально оформленное свидетельство, сохранившееся в архиве, подтверждает, что Сталин совершил подлог в ключевом документе 1917 года. Сделал он это столь цинично, что даже Троцкий, знавший о Сталине так много, не заподозрил тогда прямого подлога. Он искал другие объяснения.
В Истории русской революции, написанной в начале тридцатых годов, Троцкий упоминает об октябрьском политическом бюро из семи человек, как о существовавшем, но совершенно не жизнеспособном, напоминая, что Зиновьев и Каменев выступали против вооруженного восстания, что политическое бюро октябрьского состава ни разу не собиралось, и о нем вскоре просто забыли, как и о многих других организациях, создававшихся в водовороте событий (6).
Мнение Троцкого, вероятно, сложилось после заседания ЦК 10 октября, когда "далеко за полночь" Ф. Дзержинский предложил
"создать для политического руководства на ближайшее время Политическое бюро из членов ЦК".В подлинной секретарской записи, л. 3, текст: "
Тов. Дзержинский предлагает... (редакция + двое + Бубнов)" - написан на обороте листа и, что особенно важно, - зачеркнут (7).
По-видимому, предложение не было принято. Но в середине - конце двадцатых годов Троцкий мог пользоваться только официальными документами и, очевидно, не имел возможности перепроверить их по подлинным архивам.
В то же время данные о бюро, будто бы обнаруженные сталинистами, в дальнейшем им попросту не понадобились. Наступил 1925 год, и трое былых союзника Сталина: Каменев, Зиновьев и Сокольников перешли к нему в резкую оппозицию.
Вместе с тем сама идея ввести в историю некий центр, противопоставляя его руководившему восстанием Военно-революционному комитету Петроградского совета во главе с Троцким, у Сталина и его подручных осталась.
В 1924 году, по воспоминаниям Троцкого, комиссия по истории партии, собирая материалы, "набрела" на тщательно спрятанную запись заседания Центрального Комитета большевистской партии 16 октября 1917 года с решением о создании практического центра в составе пяти членов (8).
Троцкий рассказал, чем занимался в революционные дни 24-25 октября каждый из пяти членов центра: Я.М. Свердлов действовал в непосредственном контакте с председателем Военно-революционного комитета. Ф.Э. Дзержинский, А.С. Бубнов и С.П. Урицкий выполняли различные задания ВРК. Что же касается Сталина, писал Троцкий в Истпарт ЦК ВКП (б), то
"при всем напряжении памяти, я совершенно не могу ответить на вопрос, в чем, собственно, состояла в те решающие дни роль Сталина. Никакой инициативы он не проявлял, ни одного самостоятельного предложения не сделал" (9).
Потому-то Троцкого так удивили разговоры по поводу якобы вновь обнаруженных сведений. Он писал:
"Помню, Серебряков, у которого были друзья и связи везде и всюду, сообщил мне, что в секретариате Сталина в связи с открытием "центра" большое ликование. "Какое же это может иметь значение?" - спрашивал я с недоумением. "Они собираются на этом стержне что-то наматывать", - ответил проницательный Серебряков" (10).
Все более и более фальсифицируя историю Октября, ссылаясь на созданный при ЦК "практический центр", сталинисты везде и всюду подчеркивали, что туда не был включен Троцкий, кстати, так же, как и Ленин.
Лев Давидович тогда писал: "Легенда об этой комиссии строится ныне только потому, что в нее входил Сталин" и в то же время, на полном замалчивании указания, записанного в протоколе ЦК 16/29 октября 1917 года, что "этот центр входит в состав революционного Советского комитета. Революционный Советский комитет - это и есть Военно-революционный комитет, созданный Петроградским Советом (11).
Во второй половине тридцатых - начале пятидесятых годов в работах по истории, в агитационно-пропагандистской литературе, в частности в Истории ВКП (б). Краткий курс появляется полностью вымышленный "Партийный центр по руководству восстанием во главе с тов. Сталиным" (12). Вопреки исторической истине он объявляется вождем Октябрьской революции.
В дальнейшем в своем исследовании преступлений Сталина Троцкий объединяет сталинские октябрьское политическое бюро и партийный центр под определением никогда не существовавшего "Комитета" по руководству восстанием, называя его грубейшей политической подделкой (13).
Ведь не случайно в Десяти днях, которые потрясли мир ни Джон Рид, ни другие участники революционных событий не заметили ни Сталина, ни органов восстания, которыми он якобы руководил. По словам Троцкого:
"В протоколах, воспоминаниях, бесчисленных документах, справочниках, исторических учебниках, опубликованных при жизни Ленина и даже позже, пресловутый "центр" ни разу не называется, и имя Сталина как руководителя "центра" или хотя бы как видного участника восстания никогда и никем не упоминается (14).
Однако решение о создании практического центра и вписанное Сталиным октябрьское политическое бюро "перекочевали" из оригинала в опубликованные "протоколы ЦК РСДРП (б) и тем самым вошли в историографию (15).
Э. Карр в своем фундаментальном труде по истории большевистской революции, перечисляя семь человек, якобы включенных 10 октября в Политбюро, вместе с тем отмечает противоречие в том, что в орган по руководству восстанием якобы вошли Каменев и Зиновьев, выступавшие против намеченного восстания (16). В сравнительно недавно изданной работе Р. Слассера о Сталине в 1917 году также говорится о сформированном в октябре Политическом бюро. Не обнаружив следов его деятельности, Слассер вместе с тем рассматривает взгляды на это бюро авторов других книг, посвященных революционным событиям в России (17).
До недавних пор большинство советских историков, которые писали об октябрьских днях, также не сомневались в существовании бюро, сформированного для руководства восстанием. Отличало их обычно только то, какую историческую роль они ему отводили. И сейчас в опубликованной в 1996 году Энциклопедии Политические партии России это бюро вновь неоднократно упоминается. В биографии Г.Е. Зиновьева, например, говорится:
"На заседаниях ЦК 10 и 16 октября высказывался против проведения восстания... и далее о Зиновьеве - член Политбюро, созданного для руководства восстанием" (18).
Использует вымышленные данные об октябрьском политбюро для своего порочного тезиса о том, что якобы Ленин "создал" Сталина Э. Радзинский в книге, изданной в 1997 году. Он утверждает:
"Для руководства восстанием создается Политическое бюро, в которое Ленин включает Сталина" (19).
В современном мифотворчестве вновь рядом с Лениным в Октябрьские дни стоит не Троцкий, а Сталин. Снова настойчиво повторяется утверждение времен культа личности о единстве Ленина и Сталина. Измышления эти распространяются не только откровенными сталинистами, но и теми, кто называет себя демократами.
История раскрывает подобную ложь. Геноцид своего народа, убийство всех ближайших ленинских соратников, - не только всех тех, о ком Ленин писал в своем "Завещании", но и их сыновей, патологическая ненависть к подлинным руководителям большевистской партии, обнаруженный ныне собственноручный сталинский подлог октябрьского протокола ЦК подтверждают определение Льва Троцкого:
"Те черты, которые позволили Сталину организовать величайшие в человеческой истории подлоги и судебные убийства, были, конечно, заложены в его природе. Но понадобились годы тоталитарного всемогущества, чтобы придать этим преступным чертам поистине апокалиптические размеры" (20).
Звучание этих слов особенно значительно в 60-летие трагического 1937 года и в 80-летия Октябрьской революции.